Мы живём в тревожные времена, когда опасности подстерегают наших детей не только на улице, но и в интернете. С кем он переписывается в мессенджерах? Не попался ли на крючок «кураторов», которые стараются вовлечь его в террористическую деятельность. О том, как устроен мозг подростка и почему именно мессенджеры стали удобным инструментом для «работы» с ними рассказала «МК в Великом Новгороде» врач-психиатр-нарколог, основатель клиники доктора Калюжной Марина Калюжная.
Почему подростки — в зоне риска
Мозг у подростка буквально еще не достроен. Префронтальная кора — та часть, которая отвечает за оценку рисков и долгосрочные последствия — дозревает до 25 лет. Зато амигдала (зона страха, эмоций, немедленных реакций) уже работает на полную. Получается: чувства острые, последствий не видит, ощущение «со мной такого не случится» встроено биологически. Это не потому что он глупый, а потому, что мозг так устроен в этом возрасте.
Куратор в мессенджере давит именно туда, потому что знает, на что давить. Сначала — принятие, внимание, ощущение, что тебя понимают лучше, чем дома — это дофамин. Потом маленькая просьба: что-то прислать, что-то пройти, ответить на вопрос. Потом — еще одна просьба. Мозг подростка, который уже дал первое согласие, испытывает сильнейшее желание дать второе — иначе возникает внутренний конфликт, которого психика избегает. Так работает последовательное вовлечение, которое в психологии называется техникой «нога в дверь». Этот механизм работает и для взрослых, но у подростков, на которых пытается воздействовать куратор, работает) еще более мощно, потому что потребность в принадлежности к группе в этом возрасте биологически максимальна.
Чаты и анонимность добавляют еще один дополнительный слой. Подросток не видит живого человека, не считывает тревожных сигналов. В мессенджере куратор выглядит безопасно: текст, аватарка, понимающие слова.
Как защитить подростка?
О том, как защитить подростка, к сожалению, говорят мало. Реальная защита — это взрослый, который находится рядом. Причем этот взрослый должен быть не «надзирателем», а действительно близким человеком, которому можно рассказать о странной ситуации и не опасаться наказания. Если такой взрослый рядом есть, такой подросток будет значительно устойчивее к вербовке.
Куратор ищет тех, кому некуда пойти. Поэтому главная профилактика — разговаривать с ребенком. Не допрашивать, а именно разговаривать. Если слышите что-то тревожное про новых «друзей» в сети, которые хотят, чтобы ребенок что-то сделал, и при этом просят молчать — это тревожный сигнал. Но сигнал не для паники и «воспитательного ора», а для спокойного разговора и обращения к специалисту.
Если ребенок уже контактирует с такими людьми — необходимо немедленно в правоохранительные органы, а параллельно — к психиатру. Потому что последствия для психики от такого контакта бывают серьезными даже без физического участия в чем-либо.
